пятница, 23 июня 2017 г.




Адвокат дьявола



«Я буду защищать Саддама Хусейна и совершенно не боюсь этого процесса».
Жак Вержес

***

На прошлой неделе семья Саддама Хусейна выбрала бывшему диктатору Ирака адвоката. Решено, что на предстоящем судебном процессе его интересы будет представлять француз Жак Вержес - защитник Клауса Барбье, Карлоса Шакала и Слободана Милошевича.

«Я буду защищать Саддама Хусейна и совершенно не боюсь этого процесса. Я боюсь только того, что его убьют еще до суда», - таким заявлением шокировал весь мир французский адвокат Жак Вержес. «Я и так был готов представлять его интересы, а теперь, когда получил письмо от его племянника, тем более», - гордо заявил юрист журналистам, демонстрируя им послание, написанное Али Барзаном ат-Тикрити. В нем говорится: «Как племянник Саддама Хусейна этим письмом официально поручаю вам действовать в качестве представителя моего дяди в ходе его защиты».

Защита в суде Саддама Хусейна — поступок вполне в духе Вержеса. Журналисты давно прозвали его "адвокатом дьявола": он всегда берется защищать тех, кого невозможно оправдать. Его клиентами были нацистский преступник Клаус Барбье, террорист Карлос Шакал и даже Слободан Милошевич. Более того, все процессы он неизменно проигрывает.

Казалось бы, худшего защитника невозможно себе представить. Заявление Жака Вержеса вызвало неподдельную радость среди ненавидящих Саддама Хусейна иракцев. "То, что Саддама будет защищать такой человек, это почти доказательство вины. Он всегда защищает бандитов, и Саддам — один из них",— заявил член временного управляющего совета курд Нуреддин Дара. Аналогичными были комментарии большинства мировых, особенно американских СМИ, из которых следовало, что Вержес — беспринципный шут, который прославился, защищая негодяев.

На самом деле все немного не так. Жак Вержес берется за подобные дела исключительно из принципа и искренне верит в правильность своих поступков. И если в США это вовремя не поймут и допустят Жака Вержеса до суда, процесс может принять совершенно неожиданный оборот и стать весьма неприятным для американцев.
       
Общественная деятельность Жака Вержеса во многом была обусловлена обстоятельствами его рождения. Он появился на свет в 1925 году в Таиланде, его отцом был французский дипломат, матерью - вьетнамка. Женитьба на аборигенке не могла не сказаться на карьере Раймона Вержеса: его немедленно прогнали с дипломатической службы, и тогда безработный француз вместе с женой и детьми, братьями-близнецами Полем и Жаком, отправился искать счастья на принадлежащий Франции островок Реюньон в Индийском океане.

Но даже там смешанная семья оказалась вне общества: местные французы высокомерно избегали полуазиатов, у детей были постоянные проблемы в школе. Единственной общественной организацией на острове, которая открыто провозглашала равенство рас и национальностей и принимала в свои ряды всех подряд, оказалась компартия. Бывший дипломат, а затем и его подросшие сыновья стали убежденными коммунистами.
      
Обучаясь в Сорбонне, студент Пол Пот вместе с другом Жаком Вержесом боролся за права нацменьшинств. Вернувшись на родину, он посвятил себя борьбе за права "красных кхмеров" и истребил около 2 млн соотечественников.

В 1942 году, уже после захвата Гитлером Франции, Жак Вержес отправился в Европу, чтобы присоединиться к французскому Сопротивлению. В Ливерпуле он примкнул к армии генерала де Голля, но уже вскоре оказался чужаком и среди воюющих французов. В 1945 году, за несколько месяцев до победы, в алжирском городе Константина вспыхнул антифранцузский мятеж - он был молниеносно подавлен: по данным алжирцев, погибло около 40 тыс. человек, французы же заявили, что убито только 1,5 тыс.

Убежденный антиколониалист Жак Вержес кричал, что французы делают то же самое, что только что нацисты делали во Франции, но его однополчане одобряли действия властей.

Большинство французов не видело особой разницы между войной с немцами и войной с алжирцами, но Жак Вержес скорее ассоциировал себя с угнетаемыми африканцами, чем с угнетателями-французами. Затем, как раз во время Нюрнбергского процесса, аналогичное восстание вспыхнуло на Мадагаскаре, и Жак недоумевал, почему организаторов кровавой расправы над местными жителями не судят, как фашистов. Товарищи смотрели на "вьетнамца" как на сумасшедшего.
    
В 1957 году Вержес защищал алжирскую террористку Джамилю Бухиред. Ее приговорили к смертной казни, а потом амнистировали и она стала женой адвоката.

Вскоре Жак узнал, что на Реюньоне его брат-близнец Поль получил пожизненное заключение за убийство местного политика, оскорбившего их отца. Он решил не возвращаться домой и начал учиться.

Поступив на юридический факультет Сорбонны, Жак с жаром продолжил свою общественную деятельность: он вступил во французскую компартию, а вскоре возглавил Ассоциацию студентов из колоний. Вместе с другом из Камбоджи, учившимся на физфаке, Жак боролся за права нацменьшинств. Вскоре, правда, камбоджийца исключили за неуспеваемость, он вернулся на родину и примкнул к более радикальным левым течениям. Звали этого студента Пол Пот. Много лет спустя он стал лидером "красных кхмеров", но вплоть до самой смерти близко дружил со своим университетским товарищем Жаком Вержесом.
      
Впрочем, после отъезда Пола Пота Жак тоже ненадолго задержался в Париже: партийные наставники отправили его в социалистическую Прагу работать в Международном союзе студентов.

Вернулся в Париж он как раз в тот момент, когда Францию лихорадило из-за войны в Алжире, и, едва получив адвокатскую лицензию, принялся защищать восставших. Одним из его первых дел был процесс над 20-летней террористкой Джамилей Бухиред, взорвавшей популярное среди иностранцев кафе. На суде молодой адвокат Вержес объяснял, почему алжирка ненавидит французов и доказывал, что само французское государство, армия и полиция виноваты в теракте намного больше, чем его исполнительница. Джамилю приговорили к смертной казни, однако на ее сторону неожиданно встали многие журналисты и из-за юного возраста приговор заменили пожизненным заключением.

После предоставления Алжиру независимости Джамилю Бухиред амнистировали, и они с Жаком Вержесом поженились - он к этому времени стал одним из самых известных французских правозащитников-пораженцев. Вержес защищал алжирских террористов, привлек к суду шефа оккупационной полиции, разрешившего пытки, сам был осужден и на шесть месяцев лишен адвокатской лицензии за "антигосударственную деятельность". В тот момент одним из единомышленников и товарищей Вержеса был Жан-Поль Сартр.

В 1997 году Вержес защищал Карлоса Шакала. Венесуэльского террориста приговорили к пожизненному заключению, но адвокат помог Шакалу найти жену, которая обеспечила ему пожизненную защиту.

После окончания алжирской войны Жак Вержес продолжил помогать своим друзьям-арабам и бороться с империализмом и колониализмом, а их живым воплощением он считал Израиль. Теперь его постоянными клиентами стали палестинские террористы из Народного фронта освобождения Палестины. В 1969 году на суде он доказывал, что боевики, угнавшие самолет авиакомпании El Al, вовсе не уголовные преступники, а политзаключенные, и в смерти пассажиров виноваты не они, а государство Израиль. Всех обвиняемых признавали виновными, но каждый процесс Вержеса тщательно освещался журналистами.
       
Слободан Милошевич отказался от адвокатов. Но в 2002 году Вержес все равно пытался помочь ему в Европейском суде.

Он стал известным юристом, даже возглавил Парижскую коллегию адвокатов, но в 1970 году в его жизни произошел странный поворот: Жак Вержес бесследно исчез. Его искала полиция, предполагали, что его мог убрать Моссад или кто-то из жертв его подзащитных - алжирцев или палестинцев. Поиски не дали результата. Жена Джамиля Бухиред и трое детей ничего не знали о его судьбе.

Жак Вержес появился так же, как и исчез: неожиданно, восемь лет спустя. До сих пор он ни разу не объяснил своего отсутствия, но вернувшись, развелся и продолжил заниматься адвокатской практикой в прежнем ключе: он защищал неонацистов, взрывавших синагоги, и армянских террористов, угонявших самолеты.
   
Теперь Жак Вержес намерен защищать Саддама Хусейна и Тарика Азиза. Правда, пока непонятно, кто будет их судить.

Возможно, именно из-за стойкой репутации антисемита именно Вержес получил в 1983 году предложение защищать пойманного в Боливии шефа лионского гестапо Клауса Барбье. Услуги адвоката оплатил швейцарец Франсуа Гену, а когда сам Барбье увидел, что его защищать будет наполовину вьетнамец, он был шокирован. "А почему вы-то будете защищать меня?" - удивленно спросил он у Вержеса.

Впрочем, адвокат практически не собирался защищать нацистского преступника, он собирался нападать. Во время процесса в Лионе он даже не вызывал Барбье в зал суда, предпочитая не акцентировать внимания публики на личности обвиняемого. Все свои долгие речи он посвящал разоблачениям расизма и лицемерия французов. Его линия защиты строилась на том, что нация, которая вела колониальные войны в Алжире и Индокитае, не имеет никакого права обвинять кого-либо в военных преступлениях. В итоге Клаус Барбье получил 21 пожизненное заключение, а Жак Вержес - всемирную славу.
       
Жак Вержес яростно защищает своих клиентов не потому, что верит в результат - ему нравится сам процесс. Когда суд выносит его клиентам обвинительный приговор, Вержес умывает руки.

 Услуги Вержеса, опытного защитника террористов и коммунистов, вновь понадобились, когда в 1997 году был пойман знаменитый террорист - Ильич Рамирес Санчес по кличке Карлос Шакал, организовавший убийство израильских спортсменов во время Мюнхенской олимпиады 1972 года и захвативший сессию ОПЕК в Вене в 1975 году.

Вержес до этого уже был адвокатом первой жены Шакала революционерки Магдалены Копп и о деле знал не понаслышке. К себе в помощницы он позвал юристку Изабель Кутан-Пейре, которая вскоре лишила его возможности заниматься делом Шакала. Между Кутан-Пейре и Шакалом, как некогда между Вержесом и Джамилей Бухиред, вспыхнул роман, и террорист, не долго думая, уволил Вержеса и сделал своим адвокатом возлюбленную.

Ильич Рамирес Санчес, конечно, сделал правильный выбор: шансы на оправдательный приговор были равны нулю, поэтому ораторский талант Вержеса на суде ему бы не помог. Карлоса приговорили к пожизненному заключению, но они с Изабель поженились. Теперь мадам Рамирес Санчес всю свою адвокатскую деятельность посвящает защите мужа, а у Вержеса появились новые интересы.

Когда в Гааге начал заседать Международный трибунал по бывшей Югославии, Вержес стал отчаянно добиваться права защищать Слободана Милошевича, однако бывший сербский лидер, как известно, отказался от любых защитников: он решил сам представлять свои интересы, используя при этом излюбленный метод Вержеса, - не защищаться, а нападать, обвиняя судей и обвинителей.

Но и француз тоже не сдался. Хотя в Гаагский трибунал его не пустили, он сам подал иск в Европейский суд по правам человека в защиту Милошевича, утверждая, что процесс над югославским диктатором незаконен и что на скамье подсудимых должен оказаться не он, а западные лидеры, называвшие во время переговоров в Дейтоне Милошевича своим партнером.

После долгих лет принципиальной, но безуспешной борьбы дело Саддама для Жака Вержеса - кульминация карьеры. О том, что Вержес мечтает стать защитником Саддама и обличить США и западных политиков-империалистов, говорили даже тогда, когда Саддам был президентом и операция по его смещению только планировалась. Очевидно, племянник бывшего иракского диктатора Али Барзан ат-Тикрити хорошо изучил биографию Вержеса и решил, что на него можно положиться.

Кстати, несколько месяцев назад к Вержесу уже обращались родственники бывшего вице-премьера Ирака Тарика Азиза. Суд над ним уже назначен, он состоится в июне, и защита активно готовится к процессу. Вержес возмущается, потому что ему еще ни разу не позволили встретиться с подзащитным (они виделись только до войны) и потому что больного диабетом Азиза держат в неизвестном месте - это, считает адвокат, является нарушением Женевских конвенций о статусе военнопленных.

Готовясь к защите Тарика Азиза и Саддама Хусейна, Жак Вержес уже выработал свою линию поведения. Он обещает выяснить, кто поддерживал Ирак, когда тот воевал с Ираном, и кто поставлял ему оружие. Он намерен вызвать в суд шефа Пентагона Дональда Рамсфельда и спросить, зачем тот приезжал в Багдад и встречался с Саддамом Хусейном, будучи эмиссаром президента Рейгана. Он уверяет, что спросит у стран Запада, почему они молчали, когда Ирак применял химическое оружие против курдов. И, наконец, он обвинит США в незаконном вторжении в Ирак без санкции ООН.

79-летний Жак Вержес, коммунист и борец с колониализмом, называет США "величайшей колониальной державой современности" и собирается превратить процесс иракского диктатора в суд над Америкой, однако прежде всего Жаку Вержесу предстоит добиться, чтобы его пустили в суд. Когда и где состоится суд и доживет ли до него Саддам, еще не ясно. Известно лишь, что США обещали провести процесс над Саддамом в Ираке силами иракских юристов.


Одиозного француза до процесса могут просто не допустить, а если и допустят, иракские судьи не станут его слушать, и он останется в истории отнюдь не бесстрашным защитником алжирских повстанцев и не разоблачителем мирового расизма и колониализма, он будет просто выжившим из ума другом диктаторов и террористов.






Комментариев нет:

Отправить комментарий

Подача искового заявления в суд: что нужно знать? Судебная практика   /   05 Ноября, 2018   /   Автор:  Лепшин П.А. Для то...